Наби Юша - Форт.

После начала арабского восстания 1936-9 годов британские власти озаботились охраной северной границы Палестины от враждебных элементов, проникавших из французского Ливана и туда же сбегавших от сил охраны порядка. В феврале-октябре вдоль границы была проложена патрульная дорога (нынешняя 899-я). К дороге прилагались девять полицейских постов, представлявших собой деревянные бараки, прикрытые бетонной (?) стенкой высотой по грудь; такой пост населяли десять человек, вооружённых пулемётом Льюис, 8-ю винтовками и 2-мя пистолетами; для парулирования служил небронированный пикап. Один из таких бараков находился на холме чуть севернее деревушки Наби Юша, совсем недалеко от восточной оконечности дороги, где последняя спускалась в долину Хулы и соединялась с "меридиональной" дорогой, связывавшую "галилейский палец" с "большой землёй". Гарнизон участка Наби Юша должен был патрулировать дорогу от Кедеша на западе до спуска в долину и далее на север.

В начале декабря в Палестину прибыл британский консультант Чарльз Тегарт, многократно упоминавшийся в данном ЖЖ. Усилиями Тегарта к концу 1938-го вдоль границы соорудили забор и в качестве апгрейда предыдущей цепочки постов построили семь гораздо более внушительных бетонных фортов. Один из этих фортов разместили на вышеупомянутом холме, бок о бок с первоначальным бараком. По одним данным, строительством объекта занималась местная еврейская компания Солель Боне (она же строила забор); по другим, работы над фортами вверили неуказанной англо-французской компании, использовавшей египетских рабочих. Гарнизон составлял 12 британских и 19 местных полицейских с 3 пикапами и 5 Льюисами. Некоторое время оба здания сосуществовали; потом первое всё же исчезло с фотографий. Забор и форты дополнили пилбоксами, один из которых находился метрах в 500-х к востоку от участка Наби Юша. В 1941-м, дабы воспрепятствовать возможному вторжению из Ливана теперь уже вишистов, рядом с объектом соорудили противотанковые заграждения; тогда же появились четыре бункера-укрытия - первый во дворе форта, второй к юго-западу (метрах в 250 к западу от деревни), один к северу, и один к востоку (метрах в 500-х, возле пилбокса). Пограничный забор примерно в те же годы разобрали, поскольку "колючка" понадобилась в Африке.

За месяц до окончания действия мандата, 15 апреля 1948-го в 10 утра, британцы покинули форт, и последний мгновенно заняли арабские формирования. Согласно некой поступившей информации, последние были представлены десятком бывших мандатных полицейских. В то же время сержант из бригады Голани, наблюдавший с соседнего холма за входившими в форт арабами, насчитал порядка сотни человек из Арабской освободительной армии и ливанской армии; по свидетельству, насколько я понимаю, того же сержанта, возглавлял сотню немецкий капитан по имени Макс; кхм, это он тоже с соседнего холма засёк ? Так или иначе, связь с поселениями в "галилейском пальце" уже была проблематичной из-за обстрелов транспорта, а теперь обещала стать ещё более сложной. В Хагане решили атаковать той же ночью, пока гарнизон не успели усилить и/или натаскать. Для операции выделили два взвода из 11-го батальона Голани, взвод из роты Алеф 3-го батальона Пальмаха и ещё три разнородных отделения, под общим руководством комбата-11 Исраэля Лиора. Штурмовой отряд должен был подняться к форту на трёх бронированных автобусах, позаимствованных у кооперативов Шахар и Эгед; двигавшиеся впереди на импровизированном броневике сапёры - проломить ворота в заграждении вокруг форта и взорвать вход в маленький внутренний дворик; один взвод обеспечивал огневое прикрытие с холма к юго-западу. В 18:30 автобусы выехали из кибуца Хулата; примерно в 20:00, когда до цели оставалось метров 150, ведущий броневик не вписался в поворот и увяз; из форта открыли сильный ружейный и пулемётный огонь; в итоге отряд отступил, потеряв четырёх бойцов.

Вторая атака, силами роты Бет 3-го батальона Пальмаха под началом комроты Ицика Хохмана и "под наблюдением" замкомбата Моше Кальмана, была назначена на ночь 20 апреля. Часть роты выдвигалась из Рамот Нафтали и изображала атаку с юга при поддержке Браунингов; и пока гарнизон (оценивавшийся в 70-80) занят отражением этой атаки, другой отряд, поднявшийся по Вади Джахла (Нахаль Кедеш), должен был незаметно подобраться к северной стене, взорвать её и ворваться в здание. К 3:05 все подразделения были на местах, началась атака с юга, тем временем "северяне" начали разрезать проволочные заграждения. Выяснилось, что за прошедшие 5 дней оборонявшиеся успели набросать ещё "колючки"; процесс затягивался, прибиижался рассвет, и командир "первой волны" Дуду Черкасски принял решение взорвать заграждения при помощи "бангалорской торпеды". Торпеда сработала, но привлекла внимание; сапёры достигли северной стены и установили заряд, но некоторые были ранены взрывом брошенной сверху гранаты; попытка оттащить их подальше привела к дополнительным жертвам; в итоге заряд так и не был приведён в действие, а прорвавшиеся к стене бойцы погибли или отступили. Северный отряд начал отходить в направлении восточного пилбокса; в это время по нему открыли огонь с противоположной стороны Вади Джахла местные бедуины из племени Араб эль-Хамдон. С рассветом южный отряд тоже начал уходить. В итоге второй штурм форта также не удался, и на этот раз с гораздо более тяжёлыми потерями - 22 убитых, в том числе командиры взводов Черкасски (впоследствии о нём написали песню) и Пилон Фридман (руководил отвлекающей атакой, остался прикрывать раненых; в его честь была названа военная база около Рош Пины). После окончания Войны за Независимость была учреждена награда "Герой Израиля"; её получили 12 военнослужащих; в том числе посмертно один из погибших при втором штурме Наби Юша, Изхар Армони, за прикрытие эвакуации раненых.

Всего через неделю после неудачи у стен форта Наби Юша, 28 апреля, Пальмах приступил к масштабной операции по захвату Цфата и восточной части Верхней Галилеи, получившей название Ифтах (подпольная кличка командира Пальмаха Игаля Алона). В рамках данной операции ночью 15-16 мая рота Гимел всё того же 3-го батальона Пальмаха (комроты Реувен Нецер), усиленная взводом из роты Алеф, атаковала объект в третий раз. Под прикрытием огня двух 20-мм зениток и по возможности прячась за противотанковыми каменюками, передовой отряд подошёл с юга и взорвал проволочные заграждения, но израсходовал при этом всю взрывчатку, что привело к очередной отмене штурма. Пальмахники залегли в окрестностях деревни Наби Юша. Следующей ночью одинокий Fairchild 24 сбросил на форт несколько 25-килограммовых бомб, с неясным результатом. Затем около здания наконец-то удалось взорвать заряд, но стена выдержала; мелкие дыры, проделанные при помощи противотанкового гранатомёта PIAT, проблему не решали. Ближе к утру в крепость въехало и выехало несколько арабских бронемашин. На рассвете сапёры заметили, что ворота в заборе вокруг форта открыты, и тишина... Утром 17-го мая пальмахники вошли в покинутый форт. Позже объект подвергся артобстрелу со стороны Малкии, приведшему к гибели двоих бойцов. В последующие дни пальмахники собрали в окрестностях крепости 19 тел своих товарищей, погибших 20 апреля, и похоронили их в братской могиле у восточной стены.

Уже в первые дни после взятия форта газета а-Машкиф соообщила, что теперь последний будет называться "Мецудат 28" ("крепость двадцати восьми"), в соответствии с числом погибших; в дальнейшем получил распространение исправленный вариант "Мецудат Коах" (то же самое, а также "крепость силы"). Через несколько лет некие инстанции решили, что официальным названием будет "Мецудат Еша"; в 2004-го вернули "Мецудат Коах". После войны здание передали полиции; в 1953-м оно перешло только что созданной жандармерии (МАГАВ) и эта последняя обитает там до сих пор; стилизованное изображение крепости стало символом МАГАВа. В 2014-м рядом открыли "музей братства", посвящённый боям за объект.

( Результаты осмотра )