bukvoed | Тель Авив - Мечеть Хасан-бек.

Рассказывают, что Хасан-бек, ака Хасан аль-Бацри аль-Джаби, османский губернатор Яффы в 1914-16, был большим поклонником важнейшего из искусств - мол, оный господин приходил на каждую премьеру в кинотеатре Эден... а уходя, прихватывал с собой содержимое кассы. Поскольку губернатор имел соответствующую должности репутацию жестокого самодура, возражений не поступало. Когда однажды директор заведения, набравшись духу, всё же поинтересовался, ~~не лопнет ли кошелёк~~ как будут использованы экспроприированные средства, Хасан ответил, что построит в городе новую мечеть. И, следует заметить, не обманул. Разумеется, киношная касса была не единственным источником средств. Как припоминает Юсуф Хейкаль (впоследствии мэр Яффы), губернатор созвал местных нотаблей и "предложил" им внести посильный вклад. С Мустафы, отца Юсуфа, Хасан пытался получить 500 фунтов, потом хотя бы 50, но тот стоял на своём и таки ни дал ни копейки.

Место для мечети было выбрано вроде бы не оптимальное - на северной окраине северного квартала Маншия, далековато для основной массы потенциальных посетителей; говорят, что посредством выделения земли под мечеть и прилегавшие к ней владения вакфа губернатор имел в виду застолбить участок, чтоб не достался растущему сионистскому Тель Авиву. Говорят также, что в числе прочего стройматериала он поживился еврейскими могильными плитами, а чтоб не платить рабочим пригнал ~~на субботник~~ принудительно каких-то подвернувшихся арабов. Потом Хасана перевели на другую работу, а ещё чуть позже пришли англичане. В 1923 проводились какие-то работы - не то достройка, не то ремонт - под руководством Высшего Мусульманского Совета. Ну а упорные сионисты всё же дотянули Тель Авив до берега моря к северу от мечети...

В 1939, добавляет Хейкаль, Хасан-бек снова появился в Яффе; и ссылаясь на свои заслуги и скверное финансовое положение, пытался получить должность администратора вакфа при мечети или хотя бы денежную компенсацию. Просьбу передали Хейкалю, как раз оказавшемуся руководителем яффского вакфа. Юсуф заверил экс-губернатора, что отнесётся к его делу со всем возможным вниманием, после чего отправил в Высший Мусульманский Совет рекомендацию - в должности отказать, но выплатить 500 палестинских фунтов (эквивалентных английским). Совет сперва соглашался только на сто, но потом уступил; и благодарный Хасан уехал в родной город Забадани (этот ?), где провёл остаток жизни в молитвах.

В 47-48 объект регулярно использовался арабскими снайперами. После войны в здании размещались офисы Гистадрута и детский сад; с середины 60-х мечеть оставалась заброшенной. После того как в апреле 1983 обвалился минарет, мусульманские организации собрали средства на ремонт здания (попутно намекая, что минарету-де помогли...). Ремонт был завершён в 1994, и с тех пор мечеть открыта. После теракта в Дельфинарии (2001) около мечети были беспорядки с камнеметанием; в 2003 во двор кинули шоковую гранату (видимо, не первый подобный случай); в 2005 какой-то умник зашвырнул туда же свиную голову (и сел за это на девять месяцев); в 2007 в здание ломился психически больной; в 2008 была пара случаев вандализма (1,2). наконец, в 2011 арабские бандиты планировали взорвать кого-то в мечети и свалить на еврейских экстремистов. В общем, мечеть Хасан-бек, пожалуй, самая горячая точка в Гуш Дане, только в последнее время столкнувшаяся с конкуренцией в лице отделений нацстраха и банков.

В стародавние времена (1917):