Нахшон.

Нахшон - это, во-первых, библейский персонаж. Во-вторых, операция Хаганы по прорыву блокады Иерусалима в апреле 1948-го. И наконец, кибуц к западу от Латруна. Нетрудно догадаться, что каждое следующее звено в цепочке названо в честь предыдущего. В сегодняшнем посте - немного про окрестности означенного кибуца; без упоминания боёв за Латрун при этом, естественно, не обойтись никак, поэтому с них и начнём. На верхней фотографии - два мемориала, прячущиеся в роще по южную сторону третьего шоссе чуть восточнее развилки, ведущей к кибуцу. Тот памятник, что левее, посвящён бойцам 32-го батальона бригады Александрони, погибшим примерно в тех местах 25 мая 1948 года.

В ходе вышеупомянутой операции Нахшон Хагана смогла провести в Иерусалим несколько больших конвоев, но постоянный контроль над всем "иерусалимским коридором" установлен не был - не потому, что в "сионистском политбюро" дураки сидели, а просто такой сложился баланс между срочными потребностями и скромными возможностями. За Нахшоном последовали другие операции, с такими же примерно результатами. Во второй половине мая проблема снабжения Иерусалима опять встала в полный рост. Горный участок от Иерусалима до Баб эль-Вада к тому времени полностью контролировался израильской военщиной; но дорога оказалась перекрыта чуть западнее, в районе Латруна. Ironically, 15-16 мая подразделения бригад Арэль и Гивати находились как раз там, обеспечивая прохождение очередных конвоев, после чего занялись другими насущными делами, поскольку см. выше... Anyway, "Политбюро" решило действовать. Когда-то очень давно я попытался коротко описать, что из этого вышло; теперь есть повод рассмотреть чуть подробнее первую попытку, т.н. операцию Бин Нун Алеф.

За операцию отвечала 7-я бригада под началом Шломо Шамира (впоследствии командовал ВМФ и ВВС). На тот момент бригаде было без преувеличения несколько дней от роду - приказ о её формировании датирован 14 мая - со всеми вытекающими из этого проблемами. Начальство понимало, и в частности начальник оперативного управления Ядин (де факто начальник генштаба) настаивал на отсрочке, но Бен-Гурион решил иначе; во-первых из-за опасений за судьбу Иерусалима, а во-вторых подвела разведка. В районе Латруна, Имваса и Дир Аюба предполагалось найти "иррегуляров" общей численностью до тысячи. Решили, что против них и так сойдёт, особенно если усилить бригаду более опытным батальоном (в общей сложности получалось тысячи две) и тяжёлым вооружением (парой 65-мм "наполеончиков" и миномётами). Предполагалось, что одной ночи хватит, чтобы оттеснить их с контролирующих дорогу позиций; следующей задачей 7-й бригады должны были быть действия против трансиорданского Арабского Легиона к северу от Иерусалима. Разведка умудрилась не заметить, что "они уже здесь" - 17 мая в Латруне объявился 4-й батальон Легиона (комбат Хабис аль-Маджали дослужил впоследствии до начальника генштаба) с 25-фунтовыми орудиями; 24-го ещё один батальон - 2-й - занял Дир Аюб и Ялу. Иррегуляры тоже присутствовали - в неясном, но видимо немалом количестве.

Операция была назначена на ночь 23/24 мая, но в последний момент отложена на сутки. Наступающие выходили из окрестностей кибуца Хулда и двигались на восток, держась южнее иерусалимского шоссе. По плану "опытный" 32-й батальон Александрони должен был пересечь шоссе и атаковать с южного направления позиции непосредственно в Латруне. 72-й батальон 7-й бригады описывал более широкую дугу, пересекал шоссе к востоку от Латруна и выходил к позициям в районе деревни Дир Аюб. 71-й и элементы механизированного 73-го (рота бронеавтомобилей и несколько полугусеничных БТР) подключались позднее по обстоятельствам. На практике части опоздали на несколько часов; по этой ли причине или нет, но при переходе шоссе рота 32-го была обнаружена, попала под сильный обстрел и на этом наступление захлебнулось. 72-й также столкнулся с неожиданно сильным сопротивлением в южной точке дуги, около деревни Бейт Сусин. Ночной бой окончательно превратился в дневной. В 11:30 Шамир приказал отступать. Отступление тоже проходило тяжело - открытая местность, артобстрел, жара, нехватка воды, проблемы со связью... По крайней мере, серьёзной попытки преследования не было; отмечены только незначительные арьергардные бои с участием первой роты 32-го батальона, некоторое время удерживавшей высоту 314 к югу от Латруна. Согласно Шамиру, 32-й батальон потерял 48 убитыми и 64 ранеными (среди последних был Ариэль Шарон, тогда командир взвода); 72-й 23 убитыми и 46 ранеными. В других источниках числа могут несколько отличаться; например у Таля значатся порядка 70 убитых, столько же раненых и 5 пленных; по этой ссылке говорится про 73-74 или даже несколько больше убитых (в т.ч. 50 из Александрони) и 6 пленных; сайт Александрони и текст на мемориале говорят про 54 убитых в 32-м; но в общем порядок ясен. По неофициальным данным ака слухи потери достигали 2000 человек (то есть 7-я и 32-й полегли в полном составе). Слухи в частности постулируют массовую гибель новых репатриантов "только что с корабля" из 72-го батальона, которых мапайники послали в бой из идеологических соображений - пусть, дескать, прольют кровь за свою новую родину. Согласно Шамиру, в батальоне из около 600 солдат было порядка 140 новых репатриантов, из которых погибли вроде 13; в ответ слухи уверяют в наличии неучтённых.

( Результаты осмотра )