bukvoed | Jul. 13th, 2011

По прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел их на гору высокую одних, и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие. При сем Петр сказал Иисусу: Господи! хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии. Когда он еще говорил, се, облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте. И когда сходили они с горы, Иисус запретил им, говоря: никому не сказывайте о сем видении, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. (Мф 9)

Ни Матфей, ни описывающие этот эпизод почти теми же словами Марк и Лука, не указывают, на какой именно горе произошло это преображение. Но уже Ориген (середина третьего века) не сомневается в том, что гора эта - "фотоотчитанный" в прошлом посте Тавор. Полтора века спустя на горе, очевидно, существовала церковь - во всяком случае, это следует из письма Иеронима Марселле (392-3). Существует традиция, согласно которой к возведению этой первой церкви была причастна Елена. Любопытно, что в визнатийский период где-то рядом существовал город Еленополис.

В 518 году в Иерусалиме гостил некто Престутус, епископ горы Тавор; в 570 пилигрим из Пьяченцы обнаруживает на Таворе "три базилики, где Петр сказал Господу: сотворим здесь три скинии", а епископ Аркульф в конце седьмого века - три церкви и монастырь, окружённые каменной стеной. В начале девятого века Commemoratorium de Casis Dei упоминает четыре церкви, но всего восемнадцать монахов; а Епифаний Монах и того меньше, двенадцать. Византийский император Иоанн Цимисхий посетил Тавор в ходе своей палестинской кампании 975-го года.

С приходом крестоносцев бывший православный монастырь переходит к бенедиктинцам; принц галилейский Танкред выделяет монастырю внушительный список деревень. Некоторое время на Таворе обитает латинский епископ, а затем даже архиепископ Галилеи; но в 1128-му центр епархии переносят в Назарет. В какой-то момент вместо старой византийской церкви строят новую базилику.

Приблизительно на четыре милиария к востоку от Назарета находится гора фаворская, войдя на которую Господь преобразился в глазах Петра, Иоанна и Иакова; она покрыта густою травою и цветами и настолько возвышается на совершенно гладкой и зеленой равнине Галилейской, что значительно превосходит высотою все соседние горы. Три монастыря, построенные на ее вершине в древние времена, стоят до сих пор: один во имя Господа Нашего Иисуса Христа, другой во имя Моисея, третий же несколько поодаль во имя Илии, согласно со словами Петра
(Зевульф, Путешествие в Святую Землю, 1101-3)

Фаворская же гора и Назарет от Тивериадского моря на запад; восемь верст больших ходу до Фаворской горы: на одну только гору подняться, на другую небольшую гору забраться, а остальное все по полям идти — до самой до Фаворской горы. Фаворская же гора чудесно и удивительно и невыразимо словами прекрасно получилась: Богом поставлена она красиво, и высока очень, и велика, и стоит среди поля того красивого, как стог круглый; получилась гора та красивой. И стоит в стороне от всех гор. И течет река около горы той по полю внизу. И выросли по всей горе Фаворской деревья всякие: смоковницы, рожки и маслины — очень много. Фаворская гора выше всего, что вокруг нее, одна стоит, в стороне от всех гор, и стоит среди поля очень красиво, как искусно сделанный стог — круглый, очень высокий и большой в окружности. Высота ее такова, что можно с нее четыре раза выстрелить; а если вверх на нее, то даже за восемь раз невозможно до ее верха дострелить. Вся эта гора каменная, залезать на нее трудно и весьма неудобно по камням, петлями приходится на нее лезть. Путь весьма тяжел, так что я с трудом на нее взобрался: с третьего до девятого часа, быстро идя, мы едва взошли на самый верх горы той святой. А на самом верху той горы, к северо-востоку, есть место высокое, как маленькая каменная островерхая горка: на том месте и преобразился Христос Бог наш. И там церковь хорошая построена, на том месте, во имя Преображения, а другая церковь, во имя святых пророков Моисея и Илии, выстроена поодаль от того места, на север от Преображения.

Место же то святого Преображения крепко ограждено вокруг каменной оградой, а ворота железные у той ограды. Раньше здесь была епископия, ныне же латинский монастырь. А перед оградой той польце красивое получилось на верху той горы. Чудесно и удивительно устроено Богом, что на такой высоте имеется здесь вода; ибо много воды на той горе на самом ее верху. Потому по той горе есть и нивы, и виноградники хорошие, и деревьев плодовых много. И видно с нее очень далеко...

Хорошо приняли нас там, в монастыре том у святого Преображения, и мы там обедали. А поспав хорошо и встав, пошли в церковь святого Преображения, и поклонились на месте святом, где преобразился Христос Бог наш, и поцеловали место то святое с любовью и радостью великою, и, взяв благословение от игумена и от всей братии, вышли из монастыря того святого и обошли все святые места по всей горе той святой...

А затем сошли мы с горы Фаворской вниз на поля и шли по полю две версты к Назарету, на запад. И от Фаворской горы до Назарета пятнадцать верст больших: по полю две версты, а три в горах; путь весьма тяжел и узок, очень трудно проходим, ибо много поганых сарацин сидит в горах тех, а по полю тому сел много сарацинских, и они убивают, выходя из сел тех, на той страшной горе. И боязно мне было идти с малым числом спутников тем путем. Вот с большим отрядом можно было бы пройти путем тем без страха, у нас же не оказалось отряда, и мы сами, одни — а всего-то нас восемь, и те слабые и без оружия — на Бога надеясь, прошли. Божиею благодатию хранимые и молитвами святой Владычицы нашей Богородицы соблюдаемые, без пакости поздорову дошли до святого города Назарета, где было святое благовещение святой госпоже Богородице от ангела Гавриила. Тут же и Христос вскормлен был.
(Хождение игумена Даниила, 1106-8)

Гора Фавор, земное небо, отрада души и услаждение глаз православных людей. Ибо этой горе присуща преосеняющая ее некая божественная благодать, от того она и возбуждает духовную радость. Это круглый и умеренно возвышенный холм. На вершине его находятся два монастыря в которых христиане отшельники умилостивляют Божество разноязычными песнопениями, и на той его части, на которой совершилось спасительное Преображение Христово, находится сонм латинских монахов, а на правой стороне наши назореи освящаемые освящают освященное оное место. Ибо спасительное Преображение Христово совершилось на вершине того холма, на котором находится и латинский монастырь, в алтаре же его храма находится и самое место, на котором преобразился Господь посреди Илии, Моисея и трех своих избранных учеников Петра, Иоанна и Иакова. Место это ограждено медными решетками. А на том пункте, на котором стояли ноги Господни, виден чрезвычайно белый мраморный кружок, посредине которого изображение креста. Неизреченное благовоние, из него изливающееся, услаждает обоняние приходящих.
(Иоанн Фока, Сказание вкратце о городах и странах от Антиохии до Иерусалима, также Сирии, Финикии и о святых местах в Палестине, ок. 1185)

Не всегда, впрочем, дела шли хорошо. В 1113, во время вторжения атабека Дамаска Тогтекина в Иерусалимское королевство, мусульмане разрушают монастырь на горе Тавор и убивают всех монахов. К 1115-му бенедиктинцы возвращаются. В 1183-м, пишет Вильгельм Тирский, разрушению подвергается греческий монастырь св. Ильи; а вот латинские монахи вместе с частью жителей окрестных деревень отступают за защищающую монастырь стену с башнями и отбивают атаку. Наконец, в 1187, в результате предшествовавшего битве при Хаттине рейда, христиане покидают Тавор и перебираются в Акко. Похоже, однако, что латинская церковь преображения не была разрушена. Во всяком случае, в 1225 Якут обнаруживает на вершине большую и хорошо построенную церковь, в которой ежегодно собираются паломники; да и археологи не видят следов значительных разрушений. Христианское присутствие на вершине возобновилось примерно в 1230, но в апреле 1264 его прекратил Бейбарс. Пилигримы, впрочем, продолжали иногда посещать Тавор, а также 6 августа отмечать на вершине день преображения.

Разрешения вернуться на гору Тавор пришлось ждать до семнадцатого века. Друзский эмир Фахр ад-Дин, правивший тогда значительной частью Ливана и Галилеи, "дружил" с герцогом Тосканским. И в 1631, по просьбе тосканского консула Франческо да Верраццано, эмир разрешил францисканцам поселиться на Таворе. Эмир был вскоре свергнут и казнён, но турки подтвердили выданное им разрешение. Францисканцы, посему, поднимались время от времени на гору; поскольку церковь была разрушена, они предположительно приспособили под свои нужды уцелевшие помещения айюбидской крепости. В 1736 среди руин была построена небольшая часовня. К более-менее серьёзной деятельности приступили только во второй половине девятнадцатого века. В 1858 францисканцы начали расчистку территории и обнажили остатки франкской церкви; между 1873 и 1888 построили часовню и гостиницу; в 1895-1900 Fr Marcello Neuvillac и Fr Barnabe Meistermann провели раскопки церкви (кое-какую добычу можно увидеть во францисканском музее в Иерусалиме). В планы возвести новую церковь вмешалась поначалу Первая Мировая; работы начались только в 1919 и продолжались до 1924. Автором проекта был Антонио Барлуцци (о нём подробно у